Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список обновляется). П

ОСОБНЯК НА ПАВЛОВСКОЙ, 10


На улице Павловской, практически напротив "особняка Хрущова", стоит четырехэтажный кирпичный дом дореволюционной постройки. Сейчас здесь размещаются офисы, но есть и жилые квартиры. Обращает на себя внимание нарядная парадная дверь, которую венчает очаровательная женская головка.



С левого торца здания нарисован горный пейзаж.



С 1920-х годов в доме проживал Илларион Николаевич Плещинский – известный художник-график. Его работы художника выставлялись на выставках всех уровней — от республиканских до международных. Творил мастер преимущественно в области лирического пейзажа, а также плаката, книжной и промышленной графики. Создал серии литографий, офортов и рисунков: "Киев. Виды на берегу Днепра" (1927), "По шевченковских местах", "Шевченковский заповедник в Каневе" (1936-1938), "Днепровские мотивы" (1947-1961).

И.Н. Плещинский. Выставка гравюр. Конец 1920-х

И.Н. Плещинский. Городской пейзаж. 1950-ые.

И.Н. Плещинский. На Днепре

Умер Илларион Николаевич 6 февраля 1961 года. Похоронен на Байковом кладбище.


Источники:
1. "Киевский календарь".
2. "Киевский некрополь".

ОБСЕРВАТОРНЫЙ РУЧЕЙ

Официально водоток не имеет названия. "Обсерваторным" его с 2013 года стали именовать некоторые киевские диггеры – ранее ручей протекал по Обсерваторному Яру, засыпанному при застройке местности.
Этот овраг отчетливо виден на карте 1905 года: улица Павловская упирается в Кадетский переулок (сейчас – улица Гоголевская) и не имеет своего продолжения в виде современной улицы Владимира Винниченко.


Именно вдоль последней магистрали ручей, спустившись с Обсерваторной горки, и устремляет свои воды. Далее он пересекает Павловский сквер, улицы Гоголевскую, Тургеневскую и Дмитровскую и впадает в Скоморох возле дома № 20 на улице Златоустовской.
Большая часть ручья была взята в коллектор еще в XIX веке во время застройки Солдатской Слободки. Исток же Обсерваторного, скорее всего, попал в трубу в 1910–1914 годах при прокладке Новопавловской улицы (сейчас – Владимира Винниченко) и возведении Лютеранской больницы (сейчас – Центральная бассейновая клиническая больница МОЗ Украины).
Единственное место, где можно увидеть Обсерваторный ручей – смотровой колодец на улице Гоголевской возле Павловского сквера. Если заглянуть сквозь решетку, можно наблюдать, как из трубы вытекает вода, падает на дно колодца и продолжает свой бег в другой трубе.


С Обсерваторным ручьем связан один анекдотический случай, чуть было не обернувшийся большим дипломатическим скандалом. Диггеры, исследуя водоток, вылезли из коллектора через канализационный люк прямо на территорию американского посольства, находившегося тогда на улице Винниченко, 10. А было это в 2001 году через пару недель после 11 сентября. Представляете, какая тогда была "охота на террористов"?

О ЛЮБВИ


ОНА не делала революции, не перевыполняла план на производстве, не писала стихи и не создавала картины. ОНА просто была ЕГО женой: настоящей, преданной, терпеливой. Ради НЕГО ОНА оставила учебу, а затем – и мирную жизнь, отправившись вслед за мужем на фронт сестрой милосердия.
Потом, в смоленской глуши, не дала погибнуть ЕМУ от морфинизма, стоически пройдя через ад жизни с конченым наркоманом. Только благодаря ЕЕ любви и терпению ОН смог вылечиться от пагубной зависимости. За ЕГО выздоровление ОНА заплатила огромную цену: опасения за здоровье будущего ребенка, зачатого от наркомана, заставили согласиться на аборт.
Затем, брошенного во Владикавказе врачами и сослуживцами, ОНА выходила ЕГО от возвратного тифа, буквально вырвав из лап смерти.
А когда ОН только начинал в Москве свой путь к литературной славе, ОНА была рядом – в голоде, холоде и беспросветной нищете первых лет пребывания в столице.
Когда же к НЕМУ пришел успех, ОН ушел, бросив ЕЕ в нищете, без возможности нормального заработка. При расставании ОН просил никому не рассказывать то, что ОНА о НЕМ знала.

ОН – Михаил Афанасиевич Булгаков.
ОНА – Татьяна Николаевна Лаппа, первая жена писателя, ПОДНОЖИЕ ЕГО СЛАВЫ.

путешествие ко святым местам в 1830.jpg
Андреевский спуск, 38. В этом доме Михаил и Татьяна Булгаковы проживали в 1913-1916 годах.

ПОКОРИТЕЛЬ БЕСКОНЕЧНОСТИ ДАВИД ЛЬВОВИЧ БОРОВСКИЙ






Фотопортрет Д.Л. Боровского в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки

Говоря об этом человеке, киевский театрал обязательно с грустью отметит: "Увы, и нашего Девика переманила Москва". И кто знает, не будь "мудрого ребе" (так его прозвали на Таганке) и его перпендикулярного шерстяного занавеса, сумели бы Любимов и Высоцкий доказать возможность своего Гамлета – в тренировочном костюме, с гитарой?..















Экспозиция, посвященная "Гамлету" Высоцкого в Галерее ВЫСОЦКИЙ на Воздвиженке

2 июля 1934 года в Одессе у Льва Давидовича и Берты Моисеевны Боровских-Бродских родился мальчик. Ребенка назвали в честь деда – Давидом. Он рос в обычной одесской семье, и судьба у него, наверное, сложилась бы по-одесски обычная, но все круто изменила война…

Вернувшись в Украину из эвакуации, семья обосновалась в Киеве. В 1947 году Давид поступил в художественную школу, но, после смерти отца и болезни матери, в поисках заработка вынужден был оставить ее в 1950-м. Отец товарища, работавший в техническом цехе театра имени Франко, решил помочь мальчику заработать копейку. Так Боровский нырнул "в чрево театра, в закулисный котел, где разбиваются сердца и кристаллизуются судьбы". В то время режиссером КУАДТ был ученик Леся Курбаса Борис Александрович Балабан, а декоратором – выдающийся художник, график, вождь украинского авангарда 20-х годов Анатолий Галактионович Петрицкий. Несомненно, юному "театральному маляру", так на профессиональном сленге называли художников–исполнителей, было чему поучиться у выдающихся метров. Чуть позже Давид стал учеником декоратора уже в театре русской драмы имени Леси Украинки.
Он пришел в театр, когда там оставались еще "мамонты" и господствовала исключительно система Станиславского. Художники творили в рамках "системы". Даже те, которые в 30-ых считались экспериментаторами, в 50-ые были уже сломаны. Шли пятиактные пьесы, с антрактами до сорока минут, во время которых полностью меняли декорации и не смолкал стук молотков. В результате спектакли затягивались до глубокой ночи.
Но уже появился и молодняк во главе со своим лидером – режиссером Ириной Александровной Молостовой. Им не хватало молодого художника, и Давид Боровский со своим видением "пустого пространства" пришелся как нельзя кстати. Ему дали возможность оформить первый спектакль "Ложь на длинных ногах" (1956 год). С этой работы и начался звездный путь Давида Львовича, а Ирина Молостова навсегда осталась для него человеком, открывшим двери в театр.
В 1965-ом Молостова пригласила Боровского в театр им. Т. Шевченко на постановку оперы Шостаковича "Катерина Измайлова". О спектакле с восторгом писали газеты, в частности об оформлении: "Сцена наглухо заперта. Напоминает мрачный тюремный двор". При этом в афише значились две фамилии: Шостаковича и художника Климентьева, хотя все знали, что это была идея Боровского. (Впрочем, и на афише "Лжи на длинных ногах" первой стояла фамилия главного художника театра).

Но это было потом, а пока, после первой успешной работы, юного Давида заметили и, главное, поверили в его талант и интуицию.
























К спектаклю "Поворот ключа".
Автор Милан Кундера. Режиссер Михаил Резникович.
Постановка 1963 года.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки



В 1956-м Боровский знакомится с учеником и секретарем Мейерхольда Леонидом Викторовичем Варпаховским, а в 1959-ом другой мейерхольдовец, Василий Федорович Федоров, привлек Боровского к созданию спектакля "Соло на флейте" авторства украинского писателя Ивана Микитенко.

Вот что сам Давид Львович рассказал в интервью газете "Известия" 17 февраля 2005 года: "Пока я не пришел в театр, я ни о чем таком представления не имел. В художественной школе нас учили только на передвижниках. Но однажды в конце 50-х я был в гостях у художников. Они были старше меня, а я был пацаном. Они стали между собой говорить, и до меня донеслась фамилия Мейерхольд. Они как раз говорили о том, что его реабилитировали. Я не знал тогда никакого Мейерхольда, но фамилия врезалась. Ну что это за фамилия? Вот вы знаете второго Мейерхольда? Возьмите телефонную книгу. Часто вы встретите там фамилию Мейерхольд? Есть в ней что-то завораживающее. Я не стал переспрашивать о нем, но запомнил. А потом уже позже у нас в знаменитом Киевском русском театре появился прямой ученик Мейерхольда, его секретарь, отсидевший 15 лет в лагерях, – Леонид Варпаховский… и он рассказывал мне о Мейерхольде. К тому же в Киеве был свой Мейерхольд – Лесь Курбас, тоже уничтоженный. И мне приходилось в театре Ивана Франко работать с артистами разрушенного курбасовского "Березиля". Иными словами, в провинции приобщиться к запрещенному прошлому было даже проще, чем в столице. Здесь же в Киеве жил еще один великий классик авангарда–- Анатолий Петрицкий, тоже сотрудничавший с Курбасом... У Петрицкого я видел поздние работы. Но это был уже не тот гений. Компромисс стоил ему... Помните у Чехова "по капле выдавливать из себя раба". Так вот Петрицкий, как и многие тогда, по капле выдавливал из себя свободного художника. Так что это и в случае с Петрицким, и в случае с Варпаховским была в основном устная традиция. Но и этой традиции оказалось достаточно, чтобы собирать по крохам тот театр, который уже практически не существовал. Когда ты молод, эти встречи имеют огромное значение. Не было бы их, я был бы другим".

В 1961 году Давид Львович вместе с Варпаховским работал над постановкой "Оптимистической трагедии" на сцене театра им. Франко. А через шесть лет, в 1967-ом, когда Боровский уже год, как перебрался в Москву, они поставили этот спектакль в Малом театре. Тогда же Варпаховский познакомил художника с Юрием Петровичем Любимовым. К тому времени руководитель Таганки уже знал работы Давида Львовича, в частности, эскизы декораций к спектаклям "Катерина Измайлова" и "На дне", представленные на выставке произведений художников театра и кино в Манеже. И началось тридцатилетнее служение Боровского театру драмы и комедии на Таганке…
Фрагмент интерьера домашнегл кабинета и мастерской художника в Москве.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки

Но и находясь в Москве, Давид Львович не разорвал свои киевские связи, с удовольствием откликаясь на приглашения украинских коллег.
Фрагмент оформления спектакля "Бесприданница" Александра Островского. 1973 год.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки

Фрагмент оформления спектакля "Наполеон и корсиканка" Иржи Губача. 2004 год.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки

Спустя полвека после своего первого триумфа, художник приехал в Киев со своей последней работой "Дон Кихот. 1938". Увы, но состоявшаяся осенью премьера прошла без мэтра. Давид Львович Боровский умер от инфаркта 6 апреля 2006 года в Боготе (Колумбия), куда приехал на открытие своей персональной выставки. Похоронен в Москве на Троекуровском кладбище.
"Дон Кихот. 1938" по М.Булгакову и Сервантесу. Сценическая композиция и постановка Михаила Резниковича. Макет оформления спектакля. 2006 год.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки

А в Национальном академическом театре русской драмы имени Леси Украинки, откуда пошла его мировая слава, установлен памятник – скульптурный портрет "Покорителя Бесконечности" Давида Львовича Боровского.

Скульптурный портрет Д,Л, Боровского выполнен в 1973 г. из оргстекла Владимиром Миненко.
Экспозиция в музее Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки