Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список обновляется). П

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список обновляется). К

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список обновляется). Б


А Б В Г Д Ж З И К Л М Н О П Р С Т Ф Х Ц Ш Я


багговутовская32(1).jpg


Багговутовская, 32. Доходный дом Барномского.










бехтеревский переулок13(1).jpgБехтеревский переулок, 13, 13а и 12. Доходные дома Покровского монастыря и отель "Странноприемница".




Б_Васильковская6(1).jpg
Большая Васильковская, 6. Дом украинских писателей.



большая васильковская14(1).jpg
Большая Васильковская, 14. Доходный дом Слинко.



большая васильковская15-2.jpg
Большая Васильковская, 15/2. Дом Исаевича.




большая васильковская16(3).jpg


Большая Васильковская, 16. Первый каркасно-панельный дом.





большая васильковская63(1).jpg
Большая Васильковская,63. Дом Григория Ясько.


Б_Васильковская 65_июл2019.jpg
Большая Васильковская,65. Здание Третьего городского училища.



большая васильковская67-7(1).jpg
Большая Васильковская, 67/7. Дом в стиле позднего советского ретроспективизма.



большая васильковская69(1).jpg
Большая Васильковская, 69. Дом 1930-х годов.



БольшаяВасильковская90.jpg

Большая Васильковская, 90.




большая житмирская2(1).jpg
Большая Житомирская, 2. Здание Киевского реального училища.


большая житомирская4(3).jpg
Большая Житомирская, 4. Усадьба Комарницкой.


усадьба Березовского.jpg


Большая Житомирская, 6. Дома седьмого жилищного кооператива.





Владимирская11-6_2007.jpg
Большая Житомирская, 6/11. дом со Старокиевской аптекой и дом-вставка.




большая житомирская8а(1).jpg



Большая Житомирская, 8а. Дом Ипполиты Роговской.





болшая житомирская9(1).jpgБольшая Житомирская, 9. Дом Киевского православного религиозно-просветительного общества.




большая житомирская10(1).jpg

Большая Житомирская, 10.



большая житомирская12.jpg

Большая Житомирская, 12. Дом Марии Глебовой.




бульварно-кудрявская3.jpg
Бульварно-Кудрявская, 3. Особняк Сербулова.


бульварно-кудрявская8(1).jpg


Бульварно-Кудрявская, 8, 8а, 8б. Усадьба Сафонова.






бульварно-кудрявская12.jpg
Бульварно-Кудрявская, 12. Жилой дом купца Липского.


бульварно-кудрявская(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 15. Дом, где проживал Вовкушевский.


бульварно-кудрявская16(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 16. Усадьба Добровольского.


бульварно-кудрявская18-2(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 18/2. Здание женской торговой школы имени Пелагеи Георгиевны Терещенко.


бульварно-кудрявская19(1).jpg

Бульварно-Кудрявская, 19. Доходный дом Септера.




бульварно-кудрявская20(1).jpgБульварно-Кудрявская, 20. Детская лечебница Общества оказания помощи больным детям.


бульварно-кудрявская24(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 24. Здание Первого коммерческого училища.



московская46_дом1808.jpg
Бульварно-Кудрявская, 26. Киевское общество содействия начальному образованию и его народная аудитория.



бульварно-кудрявская30-13(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 30/13. Доходный дом.



бульварно-кудрявская(01).jpg

Бульварно-Кудрявская, 34. Воронья слободка на Евбазе.





бульварно-кудрявская42(1).jpg


Бульварно-Кудрявская, 42. Дом, в котором родился отец Высоцкого.



бульварно-кудрявская47-14.jpg
Бульварно-Кудрявская, 47/14. Бордель на Бульварно-Кудрявской.


бульварно-кудрявская51(1).jpg
Бульварно-Кудрявская, 51. Доходный дом "колбасного короля".



бутышев переулок10(1).JPG
Бутышев переулок, 10. Особняк Фоменко.



бутышев переулок11_печерская гимназия№75(1).jpgБутышев переулок, 11. Печерская гимназия № 75.

ПОЛИЦЕЙСКИЙ СКВЕРИК


К улице Ивана Федорова прилегает небольшой скверик, носящий название Полицейский. Но посвящен он не недавно созданному украинскому органу правопорядка, а старорежимной полиции царских времен. Дело в том, что в XIX веке на улице располагался полицейский участок Лыбедской части и при нем Полицейская школа. А потому улица Федорова называлась тогда Полицейской. До 1897 года на пересечении этой магистрали с Большой Васильковской действовала конная ярмарка. Затем торговлю прикрыли, большую часть площади, где она происходила, отдали под строительство нового здания для 4-й Киевской гимназии, а на оставшемся участке разбили сквер. Его достопримечательностью стал малый фонтан Термена.


В настоящее время в "Полицейском скверике" также установлены памятники герою болгарского народа капитану Петко Воеводе, одному из руководителей войны за независимость Латинской Америки генералу Хосе де Сан-Мартину и хачкар (стела) памяти невинных жертв армянского и украинского народов.



РОКОВОЕ ЧТЕНИЕ ПСАЛТЫРИ ("ДЕЛО СПУДЕЕВ")

Академия и ее выпускники. Гравюра XVIII века.

О крайней нужде, с которой сталкивались малоимущие студенты старой Киевской Академии, и нравах, царящих среди них, сказано немало (например, "Нравы неимущих студентов старой Киевской Академии", "Зеркало недели", №№ 18-19, 2018 г.). Постоянно думая о хлебе насущном, академисты были рады любому заработку. Большой удачей считалось попасть в дом городских обывателей – подготовка детей к школе, переписка нужных бумаг, составление просьб, чтение в часы досуга – все эти занятия считались весьма престижными и хорошо оплачиваемыми. В списке подобных работ значилось и чтение псалтыря над покойниками.
21 декабря 1764 года в семье магистратского служителя Сидора Климова умер ребенок. Строго блюдя традиции, родители пригласили читать псалтырь над телом дитяти студента "пиитики" (пятый класс обучения) Кондратия Подгорского. Пришел он с собственным "инструментом" – псалтырью, и открыл чтение над умершим младенцем.
Надо сказать, что Климовы не отличались большим достатком. Изба, в которой они жили, была совсем простая, а обстановка самая убогая: вдоль стен стояли длинные лавки, на "покутье" (домашняя божница, ставилась в восточно-южном углу комнаты) стол, напротив окон у стены так называемый "пол" – дощатые нары, заменявшие кровать, а рядом большая печь с местом для сушки зерна и лежанья. Украшением дома была его хозяйка – молодая, красивая, но, по мнению окружающих, гулящая.
В те времена у бедных простых людей ни одно событие, радостное или скорбное, не обходилось без выпивки. Пили хозяева, гости, не забывали и чтеца: по тогдашним обычаям требовалось, чтобы для декламатора водка всегда стояла на поготове, и чтобы он время от времени был ею освежаем и подкрепляем.
К ночи гости разошлись. Хозяева улеглись спать: Климов на печи, жена его на "полу". Не спал лишь чтец-студент. Заканчивая очередную главу псалтыри, он тщетно пытался дотянуться до освежающего напитка. Страданий несчастному академисту придавал вид хозяйки, раскинувшейся в вольготной позе прямо перед его взором. Подгорский, парень рослый, видный, гнал от себя греховные мысли, пытаясь полностью отдаться чтению божественной книги. Но вдруг "пол" заскрипел, хозяйка повернулась… У "поэты", как позже он объяснял, в глазах потемнело. Студент машинально потянулся поправить свечку, однако та упала и потухла. Тогда чтец стал искать свои вещи, чтобы побыстрее уйти от греха подальше, но зацепился за доску и оказался на "полу" подле хозяйки.
Вдруг с печи соскочил Сидор Климов, схватил несчастного студента за волосы, повалил на землю и принялся бить поленом по голове и в грудь. Потом с почти беспамятного "поэты" стянул одежду и сапоги и начал топтать его ногами. Подгорскому удалось как-то вывернуться и спрятаться под "пол", но Климов зажег свечку, взял толкач, "что мак и прочее толкут", и стал им колотить студента. Тот босой, в одной рубахе, бросился из избы, но хозяин догнал его на дворе и снова принялся бить. Подгорский из последних сил вырвался и еле-еле живой добрался до бурсы, где и свалился без памяти.
Позже, во время следствия, был произведен осмотр Подгорского. Зафиксировано, что оба уха порваны, кожа под усами подрана, шея, плечи, обе руки и левое колено опухли и все в синяках, а "сам студент Подгорский вельми болен".
Заволновалась бурса, как только узнала о таком "смертном бое". Человек двадцать охотников отправилось за Климовым. Они ворвались в дом, отхлестали по щекам хозяйку, забрали вещи Подгорского (часть из них Климов уже успел пропить), а хозяина потащили в бурсу. Там, на дворе, высекли его сперва розгами, затем плетьми. После чего Климова вытолкали с бурсацкого двора. Тот сделал несколько шагов, упал и остался лежать, издавая лишь сильные стоны. Крики о помощи услыхал магистратский сторож, но один поднять раненого не смог. Пришлось позвать караульных солдат и с их помощью отнести Климова в магистрат, где он и умер.
Утром следующего дня магистратские чиновники освидетельствовали в присутствии депутата из Академии труп Климова. Оказалось, что не только вся спина его, начиная от шеи и до самых ног, но и живот и грудь иссечены так, что "тела целого не видно". Не смотря на наступавшие праздники, следствие было начато немедленно. Первоначальные допросы не уяснили дела. Главный свидетель, обвиняемый и потерпевший в одном лице – Климов – уже лежал в земле; его гулящая жена, послужившая столь ужасным "яблоком раздора", отговаривалась, что "была пьяна и крепко спала, а потому и не знает, подлинно ли оный студент с нею лежал". Подгорский дал объяснение, которому можно было верить лишь относительно причиненных ему побоев. Все прочие студенты, не отвергая факта избиения Климова и предварительного о том уговора, старались никого не выдавать. До очных ставок и гражданского суда дело так и не дошло. Тем более, что девять самых активных участников экзекуции над Климовым, как только узнали о его смерти, бежали из Академии. Из всей девятки удалось поймать только студента Козачинского, вернувшегося 4 января 1765 года на Подол с целью разведать о положении дел.
Задержанному пришлось отдуваться за всех. Его присудили к наказанию плетьми и ссылке в сибирскую губернию. Для тогдашнего студента, способного вынести даже такие "боевые знаки", какими наделил Подгорского Климов, наказание плетьми являлось сущим пустяком, но ссылка в Сибирь совершенно меняла дело. Козачинскому было тогда 26 лет, он дошел до класса философии, приговор полностью ломал его жизнь. К счастью студента, у него нашелся "теплый предстатель" перед властями, двоюродный брат, иеромонах Киево-Печерской Лавры Гимнасий. Он подал Киевскому генерал-губернатору просьбу осужденного об освобождении от ссылки в Сибирь и "отослании его для доучения науки в Академию по-прежнему". Прошение было поддержано духовной консисторией и ректором Академии (по принципу "своих не выдавать").
Киевская губернская канцелярия в свою очередь рассуждала: 1) что, хотя Козачинский принимал деятельное участие в истязании Климова, но не имел намерения его убить, а только хотел отомстить за своего товарища; 2) что все виновные в этом деле разбежались; 3) что Климов был в то время очень пьян и его смерть могла последовать от пьянства и сильного мороза, на котором он пролежал более двух часов; 4) наконец, что Козачинский молод и имеет склонность к наукам, а в будущем может принять духовенство; 5) следует освободить студента из-под караула и направить для дальнейшего обучения в Академию.
15 июня 1765 года Козачинский вышел на свободу. Фактически, по сравнению со своими бежавшими и не пойманными товарищами, он отделался "легким испугом". Беглецам же "светили" исключительно бродяжничество, скитальчество, стоическая борьба с жизнью, самые отчаянные попытки пристроиться где-нибудь.
Тем и закончилось это характерное для того времени и нравов "спудеев дело".


Источник:
Кс. Цибульский  Роковое чтение псалтыри – // Киевская Старина – II, 1884, с. 336 – 342 – К.: Типография Корчак-Новицкого.

КИЕВСКИЕ ВОСКРЕСНЫЕ ШКОЛЫ – ПЕРВЫЕ В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Известно, что Киев как крупный просветительский центр, дал путевку в жизнь не одному будущему светилу. Но что еще не мало важно, Город на протяжении практически всей своей истории сгенерировал огромное количество идей во всех областях человеческой жизни, в том числе и в сфере педагогики. И даже в XIX столетии, когда, казалось бы, Петербург и Москва прочно переняли пальму первенства в деле образования, Киев не перестал удивлять общество новыми педагогическими решениями. Так, в 1816 году в нашем Городе открылась ПЕРВАЯ В ИМПЕРИИ школа с белл-ланкастерской системой обучения, самой передовой на то время.

Кризис, поразивший николаевскую Россию в середине XIX века, и наметившиеся затем реформы Александра II дали новый импульс развитию киевской педагогической мысли. 11(23) октября 1859 года в Городе открылась первая в России воскресная школа. Надо отметить, что профильные воскресные школы существовали в империи с 1820-х годов. Так, в Остзейском крае действовала сеть христианских учебных заведений под наблюдением Библейского общества; в Петербурге за полгода до киевской, начала работать воскресная школа М. Шпилевской для девочек из бедных семей. Но именно Киеву принадлежит честь в открытии ПЕРВЫХ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНЫХ ВСЕСОСЛОВНЫХ ОБЩЕГЕНДЕРНЫХ ВОСКРЕСНЫХ ШКОЛ!

Группа деятелей первых Киевских воскресных школ

В то время попечителем Киевского учебного округа состоял известный ученый и общественный деятель Николай Иванович Пирогов. По общим отзывам, это был не только "человек своего времени, но и вождь своих современников". Как попечитель учебного округа он стремился внедрить в систему образования общечеловеческие понятия, заставляющие ценить и уважать личность каждого. Своей педагогической задачей Пирогов поставил сблизить общество с ученым миром, вывести воспитательные заведения из разряда чисто дисциплинарных учреждений, куда их загнала палочная организация николаевской поры.

Портрет Н.И. Пирогова. Масло, холст. Художник и время выполнения портрета неизвестны.

Другой выдающейся личностью того времени был профессор Киевского университета Платон Васильевич Павлов. Нравственные качества этого человека, его общественные идеалы, его служение идее вызывали обаяние среди студентов, и Павлов имел громадное влияние не только на своих слушателей, но на все факультеты, на всю учащуюся молодежь. "Его любили, ему поклонялись, его именем клялись. Он соединял в себе репутацию основательного ученого с ореолом носителя так называемых "лучших идей", призванного руководить молодым поколением в его стремлении к общественному и нравственному идеалу."
Эти-то два человека и стали во главе движения, создавшего первые в России воскресные школы.

Забегая вперед, стоит сказать, что очень скоро после открытия киевских школ, Платон Павлов был переведен в Петербург членом археографической комиссии. Ходили слухи, что киевские чиновники испугались влияния Платона Васильевича на молодежь, и, по просьбе тогдашнего военного губернатора князя Васильчикова, министр народного просвещения забрал его в столицу. В 1861 году Павлов был избран профессором русской истории в Петербургском университете, но не прочёл в нём ни одной лекции, потому что сначала был в отпуске, затем последовало временное закрытие университета, а 5(17) марта 1862 года ученый был арестован и административным порядком выслан в Ветлугу (сейчас – муниципальный центр в Нижнегородской области) за то, что на публичном чтении в пользу нуждающихся литераторов, закончил свою речь следующими словами: "Россия стоит теперь над бездной, в которую мы и повергнемся, если не обратимся к последнему средству спасения, к сближению с народом. Имеющий уши слышать, да слышит."

инициаторы создания_1859.jpg
П.В. Павлов.

Но вернемся к воскресной школе. Ей было предоставлено помещение уездного дворянского училища на Подоле – здание, в котором впоследствии размещалась мужская прогимназия, а затем, сразу после открытия, Киевская третья гимназия (современный адрес – Константиновская, 9/6). Семнадцать студентов университета и один из духовной академии изъявили желание быть преподавателями. Официальный надзор поручили профессору Павлову и штатному смотрителю училища И.И. Слепушкину.

Целью вновь открытого учебного заведения являлось обучение грамотности как можно более широких слоев населения, включая и крепостных крестьян. Но оставался вопрос: хотел ли сам народ того света, который ему предлагали, было ли у него доверие к тем, кто звал его учиться? Организаторы разослали объявления и письма в мастерские. Среди прочего там писалось: "лета не будут служить препятствием для учения, следовательно – школу могут посещать даже взрослые". Все сомнения рассеялись в первое же воскресенье: на занятия явилось около пятидесяти человек, в будущем количество учащихся возросло до 149!
Константиновская, 9/6. Здание построено в 1832 году. Первоначально двухэтажное (как на фото). В советское время надстроен третий этаж.

Успех первой школы придал энергию инициаторам, и 25 октября (6 ноября) 1859 года открылась вторая воскресная школа в здании Киевского уездного училища в Новом Строении. Надзор за ней также поручили Павлову и штатному смотрителю училища Проценко. В день открытия явилось 34 человека, а в начале 1860-го года число учащихся достигло 148 человек.

Интересен сводный отчет, составленный по двум школам в конце ноября 1859 года. Из 249 обучавшихся тогда человек 185 являлись ремесленниками, 27 – лакеями, 3 – сидельцами (люди, торгующие в чужой лавке по доверенности) и 34 – малолетними, с родом занятий неопределившимися. По сословиям: дворян – 10, купцов – 6, однодворцев – 4, казаков – 3, вольноотпущенных – 2, мещан – 58, кантонистов – 34, казенных крестьян – 31 и крепостных – 101. Как видим, основное задание, которое ставили перед собой устроители воскресных школ – обучение простого народа, в том числе и крепостных крестьян, – выполнялось как нельзя лучше!

В течение 1860–1861 годов в Киеве были открыты еще шесть воскресных школ, из них три – чисто женские. Тогда же, как показала практика, "женский вопрос" стал весьма актуален для функционирования подобных учебных заведений. Во-первых, дамы из общества не очень охотно соглашались выполнять роль наставниц простых людей. Женщины конца 1850-х – начала 1860-х годов еще не были подготовлены к подобной деятельности. Воспитанные в закрытых учебных заведениях, в замкнутом сословном кругу, они были далеки от народа и его трудовой жизни. Только через три месяца после открытия воскресной школы, в Киеве начала работу первая в России (!) женская гимназия (фундуклеевская), и много было разговоров о том, как посылать "свое дитя в общее заведение, куда доступен вход и дочери простого ремесленника".

Эдгар Дега. "Семья Беллели". 1858–1861 гг.

Во-вторых, для женщин низших сословий, желавших получать знания, также оказались преграды. В Новостроевской школе было всего 18 учениц, а в отчете Фундуклеевской женской воскресной школы (открыта 6(18) ноября 1860 года) указывалось: "Замечательно, что из магазинов дамских, где живут целые десятки девушек, учениц всего четыре, притом редко посещают школу (не смотря на желание посещать постоянно) потому, что бывают заняты работой и в праздничные дни."

Вообще, отношение хозяев очень сильно влияло на посещение их работниками воскресных занятий. Находились такие недобросовестные хозяева, которые уверяли, что платят за учебу своих служащих (или крепостных), а потому те должны отрабатывать потраченные на них средства. Устроителям школ пришлось бороться с подобными слухами, объясняя, что заведения существуют на благотворительной основе, и денег ни с учеников, ни с их хозяев никто не требует.

Материальные средства школ составлялись из пожертвований. Сто пятьдесят рублей ежегодно выделял Город. Основными же благотворителями явились преподаватели Университета и двух гимназий. К сожалению, попытка привлечь деньги через объявления в газетах потерпело фиаско: тогда общество еще не привыкло считать печатные СМИ выразителями своего настроения.

Деятельное участие в сборе средств приняла также супруга генерал-губернатора княгиня Екатерина Алексеевна Васильчикова. Под ее патронажем устраивались концерты, спектакли, живые картины. Однако создателей школ смущало, что собираются деньги от публики, рассуждающей, по выражению профессора Павлова "отчего не проплясать мазурки, когда страдает меньший брат". Тогда студенты Университета учредили субботние музыкальные вечера для небогатой публики – с оплатой 25 и 50 копеек.

Ж.Д. Кура. Портрет Е.А. Васильчиковой.

Собранные средства передавались в кассы школ и расходовались в основном на приобретение книг и учебных пособий. Понимая, что главная сила и влияние воскресной школы заключается в хорошей книге, организаторы прилагали много усилий для пополнения библиотек. Самая большая была при подольской школе. Среди прочих, в библиотеках были книги Шевченко и Марко Вовчок на украинском языке.

Однако большинство народных книг представляли собой лубочные издания, "бесчисленные произведения неразборчивых спекулянтов", а потому единственный выход устроители школ видели в собственном издательстве. Один из преподавателей, помещик Полтавской губернии, предложил для этой цели свои средства.

Но чтобы ученики взяли в руки книгу, их сначала надо было обучить грамоте! Всех учащихся разделили на два класса: высший, в который принимались те, кто умел относительно бегло читать, и низший. Последний, в свою очередь, делился на два отделения: в первое определялись абсолютно безграмотные, во второе – кое-как разбиравшие буквы. В подольской и новостроевской школах большинство учеников (около 70) приходилось как раз на второе отделение низшего класса.

В то время в России повсюду господствовал буквослагательный метод обучения грамоте. Киевские воскресные школы первыми перешли на обучение с помощью чтения по слогам. Бралось несколько слов с повторявшимися слогами, громко произносилось их название, и неоднократным спрашиванием каждого ученика достигалось то, что глаза каждого учащегося привыкали к очертанию букв, составлявших слово. Когда класс мог различать и произносить два – четыре слова, написанные на доске, эти слова разбивались на слоги и так же путем многократного повторения узнавались учениками. Процесс узнавания закреплялся перемешиванием слогов и составлением новых слов. Далее слоги разделялись на отдельные буквы, и алгоритм обучения повторялся.

Кроме занятий по чтению и письму, программа "ликвидации безграмотности" включала в себя также обучение четырем арифметическим действиям. Еще одним предметом воскресных школ было вероучение, заключавшееся в рассказах из Священной истории и усвоении главных молитв.

Титульная страница "Грамматики" Кулиша.

В устроении воскресных школ приняли участие Пантелеймон Кулиш и Тарас Шевченко. Первый выпустил прекрасное учебное пособие – "Грамматику". "Как умно, благородно составлен этот совершенно новый букварь, – писал Кобзарь о творении своего друга. – Дай Бог, чтобы он привился в нашем бедном народе. Это первый луч света, могущий проникнуть в сдавленную попами невольничью голову." Но учебная книжка Кулиша имела один недостаток: она была слишком роскошно издана, и, следовательно, дорогая: заплатить за нее 50 копеек мог не каждый. А потому Шевченко взялся создать дешевое учебное пособие, доступное всем. Выпущенный им "Букварь Южнорусский" был отпечатан на серой бумаге, в мягком переплете, имел всего 24 страницы. Книга содержала азбуку печатных и рукописных букв, тексты для чтения по слогам, перепевы поэта отдельных псалмов Давида, пять ежедневных молитв, цифры и таблицу умножения до 100. Еще – думы об Алеше Поповиче, Марусе Богуславке и тринадцать народных пословиц, среди которых и такое: "Ложью свет пройдешь, но назад не вернешься".

Название "Южнорусский" не обмануло царских чиновников. В Главном управлении цензуры сохранился документ, содержание которого свидетельствует о многом: "Запрещение печатать эту книжку не имело никаких законных оснований, но содействие от имени правительства ее распространению в Малороссии как народного учебника вряд ли было бы уместным. Издание этой книжки, равно как и других, подобных ей, которые скомпонованы для простонародья Малороссии на малороссийском языке, хотя и напечатанных русскими буквами, имеют целью опять побуждать к отдельной жизни малороссийскую народность…". И несмотря на то, что учебник стоил всего лишь 3 копейки, из-за саботажа чиновников он до своих адресатов практически не дошел.


В начале 1862 года общими усилиями организаторов и сотрудников киевских воскресных школ был разработан новый проект хрестоматии – с интересным, доступно изложенным содержанием, при этом достаточно дешевый. В книге намечалось два отдела: естественный и исторический. В первом предполагалось разместить рассказы, "касающиеся физического мира, дающие понятия о природе и ее силах". Во втором отделе должны были помещаться статьи об устройстве и развитию человеческих обществ.

К сожалению, этим планам не суждено было сбыться. К июню 1862 года воскресные школы, по примеру Киева, открылись во многих уголках империи, их счет перевалил за три сотни. Однако царское правительство по мере развития "воскресного движения" стало все с большим подозрением относиться к этому вопросу, считая его излишне либеральным, и даже революционным. Наконец, 12(24) июня 1862 года Высочайшим повелением все подобные заведения были закрыты, "до преобразования означенных школ на новых основаниях". Тогда же было возбуждено следствие о "воскресном движении" и создана особая комиссия.

Школы были закрыты. Время унесло и разбросало людей, служащих им. Но, по словам Пирогова: "здесь, на земле, где все проходит, есть для нас одно нерушимое – господство идей". Идея воскресных школ уцелела. И через два года они возникли вновь. Организация в новых воскресных школах, их педагогическое направление сохранились такими же, как и в первых киевских. И мы, живущие через полтора столетия после описываемых событий, с полным правом и гордостью можем к символам Города отнести и ПЕРВЫЕ ОБЩЕДОСТУПНЫЕ НАРОДНЫЕ ШКОЛЫ.


Источники:
1. Л. Струнина  Первые воскресные школы в Киеве // Киевская Старина – VI, 1898, с. 287–307 – К.: Типография Корчак-Новицкого.
2. В.Г. Авсеенко  Школьные годы. Отрывки из воспоминаний (1852–1863) // Исторический вестник, 1881, т.IV.
3. Столетие Киевской первой гимназии (1809-1811 – 1911). – К.: Типография С.В. Кульженко – 1911.
4. Тысячелетие России. Краткий очерк отечественной истории. Сочинение Платона Павлова. Санкт-Петербург, 1863 г.
5. Н. Околитенко  "Букварь Южнорусский" – последняя книжка Шевченко.

СПАСЕНИЕ ИМУЩЕСТВА ПЕРВОЙ ГИМНАЗИИ ВО ВРЕМЯ ВЕЛИКОГО ПОЖАРА 1811 ГОДА


Киевляне, пережившие Великий пожар 1811 года, который полностью уничтожил старый Подол, оставили множество свидетельств героических действий своих земляков, когда те, кинув собственные пылающие дома, бросались на помощь другим. Монахини Фроловского монастыря, спасшие ценой собственной жизни увечных из находившейся рядом богадельни; протоирей Иоанн Леванда, киевский Златоуст, сам потерявший все, но нашедший в себе силы нести доброе слово жаждущим утешение погорельцам, – их подвиги навсегда останутся в истории Города.

Среди тех, кто жертвуя своей жизнью, не боясь материальных затрат, пытался противостоять разбушевавшейся огненной стихии, были и преподаватели Первой киевской гимназии. В то время гимназия как раз находилась в процессе переезда с Подола на Клов. Новое здание уже было готово, но библиотека и лабораторное оборудование еще оставалось в старом помещении на Рождественской улице, в приходе Николая Доброго.

Далее приведены выдержки из донесения директора Первой гимназии Якова Семеновича Мышковского. "Я прибежал со своими домашними на театр ужаса и воплей и, прежде всего, принялся за спасение из дома бывшего народного училища  инструментов и библиотеки [Главное народное училище было открыто в 1789 году, в 1809-м преобразовано в гимназию]… Нашедши людей для выноски, я приказал складывать все подальше, прямо на дороге под бдительной стражей… Учитель подольского приходского училища Нестеровский, имея у одного купца стол за присмотр детей и хранивший там свои вещи, лишился многого во время пожара; однако подоспев ко мне, взялся беречь складываемое при дороге и просидел при охраняемом имуществе 9 часов на ветру, не имея чем и головы прикрыть…

Вытащивши все главнейшее, когда уже загорелась училищная крыша, я распорядился об отправке всего в гимназию [на Клов]. В продолжение одиннадцати часов непрерывных усилий окончена была эта работа, а в половине первого или второго часа пополуночи был охвачен пламенем и сам тот помост у подгорья, который служил нам складом. Не без того, конечно, чтобы что-нибудь в поспешности, давке, темноте, при неумелости выносивших обращаться с предметами, требующими осторожности, не было попорчено, но со всем тем, инструменты и библиотека препровождены счастливо в гимназию.

С простыми людьми я расплатился тотчас же с благодарностью, а для неотступного писца моего Лушицкого и для учителя приходской школы Нестеровского я прошу у правления Университета дворянской награды, дворянского чина.

Меня весьма утешает эта добыча гимназии, выхваченная из когтей Плутона с горсточкой помощников, когда в то же самое время стародавняя духовная академия, насчитывающая более тысячи учеников и несколько сотен собственных воспитанников, потеряла каким-то образом все свои литературные скарбы".

Далее Мышковский описывает подвиг учителя Закона Божьего, священника Иванишева, который "имел дом выгодный, а ныне живет в землянке. Жалованье свое 75 руб., которое мало ему и на проезды в училище, отдавал он прежде на снабжение неимущих учеников книгами, а теперь сам бедствует с семейством. Великодушный его подвиг, когда, оставив пылающий свой дом, побежал он спасать церковь, раз несколько загоравшуюся, отливая водою среди окружавшего пламени, успел с двумя мальчиками охранить от огня, – сей редкий поступок достоин особого внимания духовного начальства". Благодаря усилиям Иванишева огонь повредил только крышу церкви Николая Доброго и стоящую рядом колокольню, но не коснулся внутренностей храма. Мыковский пишет, что это была единственная уцелевшая церковь из 17 окрестных.

Источники:
1. П. Голубовский  Сообщение очевидца о Великом пожаре в Киеве на Подоле 1811 года// Киевская Старина – XII, 1896, с. 72–75 – К.: Типография Корчак-Новицкого.
2. Л.И. Похилевич  Монастыри и церкви г. Киева – К.: Типография губернского управления – 1865 – 134 с.

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список публикаций обновляется). П–Р

16_12_03_с Замковой горы(3).jpg


16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации А–Б

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации В–Г

16_12_03_с Замковой горы(3).jpg
Публикации Д–З

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации И–Л

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации М–О



павловская13-48.jpg
Павловская, 13/48. Дом кооператива "Харчовик".



смертность.jpg
Парковая аллея, 3-5, 7. Больница на Козловке.



Петровская улица_1980-ые.jpg

Петровская улица.



пимоненко8а.jpgПимоненко Николая, 8 и 8-а.


предславинская30а_городское училище им гоголя(3).JPG

Предславинская, 30-а. Киевское городское училище им. Н.В.Гоголя.



карта2.jpg
Приймаченко Марии бульвар. Квартал первых киевских панельных хрущевок.



DSC04347.JPG
Приречная, 5. Самый длинный дом советской постройки.



прорезная7и10(1).JPG
Прорезная, 7/2 и 10. Дома 1950–х годов.




pror_15.jpg
Прорезная, 14. Гимназия № 48.




пушкинская10б(1).JPG


Пушкинская, 10-б. Дом-флигель.





пушкинская31а.jpg
Пушкинская, 31. Усадьба Миркин-Гирцевича.



пушкинская32.jpg
Пушкинская, 32, 32а, 32б. Усадьба Павловой.


01.JPG

Пушкинская 41. Дом Гусева.



пушкинская45-2(1).jpg

Пушкинская, 45/2. Дом наследников Снежко.



003_1904_Пробный пуск трамвая.jpg
Пуща-Водица.










16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации С

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации Т–Ц

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации Ч–Я

УЛИЦЫ, ЗДАНИЯ (список публикаций обновляется). М–О

16_12_03_с Замковой горы(3).jpg


16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации А–Б

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации В–Г

16_12_03_с Замковой горы(3).jpg
Публикации Д–З

16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации И–Л




майбороды25(1).jpg
Майбороды, 25. Доходный дом в стиле ретроперспективного модерна.





Малоподвальная, 2/9. Доходный дом купца Мухина.





малоподвальная4_1910ые.jpg

Малоподвальная, 4 Доходный дом Ашкенази.





малоподвальная6(1).JPG

Малоподвальная, 6. Доходный дом Торлина.




малоподвальная15.JPG


Малоподвальная, 15. Доходный дом Телаловой.





межигорская9-23(1).JPG

Межигорская, 9/23. Доходный дом Гореловых.



межигорская26-24.JPG
Межигорская, 26/24. Доходный дом Фельдмана.




дома с башенками_1960-1.jpg


Мечникова, 12/1 и 14/1. Дома с башнями.





00_Панорама.jpgМира проспект, 16. Храмовый комплекс Архангела Михаила (Чернобыльский).



мостицкий пер2_покровская церковь(01).jpg


Мостицкий переулок, 2. Покровская церковь на Приорке.





музейный переулок6(1).jpg


Музейный переулок, 6.





нагорня22(1).jpg
Нагорная, 22. Здание института автоматики.




карта.jpg
Немировича-Данченко, 2. Казарма миргородского пехотного полка.










16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации П–Р


16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации С


16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации Т–Ц


16_12_03_с Замковой горы(3).jpgПубликации Ч–Я