Kiyevlianin Zrm (kievlyanin2015) wrote,
Kiyevlianin Zrm
kievlyanin2015

Categories:

ПРОДАЖА КИЕВСКОЙ ДВОРЯНКОЙ СВОЕЙ ДОЧЕРИ ("ИХ НРАВЫ")

Несмотря на осознание в конце XVIII – начале XIX веков всего зла, которые несли крепостнические порядки, в России не предпринималось абсолютно никаких решительных мер к их уничтожению. Указ Павла I "о трехдневной барщине" носил чисто рекомендательный характер и почти никогда не исполнялся. Жестокое обращение помещиков с зависимыми крестьянами являлось повсеместным, обыденным явлением. Однако проблема не ограничивалась только своей бесчеловечной сутью.

Словно метастазами разъедая все слои российского общества, крепостничество порождало цинизм и жестокость в действиях и государственных чиновников, и в личностных отношениях. Приведенный ниже случай не был распространенным, но все же достаточно типичным для той эпохи.

"Истязания Салтычихи". Иллюстрация работы Курдюмова к энциклопедическому изданию "Великая реформа", 1911 год.

В 1806 году жена киевского поветового штаб-лекаря Ксения Розлачева продала за 90 рублей донскому казаку Фершалову свою родную дочь Марию под видом крепостной девки, о чем была подписана формальная купчая. Титулярный советник Ессенков, проведав об этом, посчитал действия Розлачевой преступными и подал соответствующий донос. Однако Киевский поветовый суд оправдал Ксению, ссылаясь на установленную законом неограниченную власть родителей над детьми. Первый департамент Киевского главного суда утвердил приговор. Мнение главного суда подтвердил и киевский гражданский губернатор Петр Панкратьев.

Однако Ессенков не сдался и, обратившись уже в петербургские инстанции, добился пересмотра дела (интересно, какой интерес заставлял титулярного советника так упорствовать?). По Высочайшему повелению киевский вице-губернатор Филипп Четвериков произвел повторное следствие, и дело получило неожиданный поворот.

Оказалось, что Ксения Розлачева, возненавидев Марию за то, что та "открыла перед отцом неприличное ее, Ксении, обращение с одним мужчиной в нарушение супружеской обязанности" и, желая удалить дочь из дома, пользуясь слабостью и легкомыслием супруга, два раза отсылала Марию в самых нищенских одеждах в Козелецкий девичий монастырь "для всевозможного там изнурения", неоднократно отдавала в мещанские дома вместо работницы, а в августе 1806-го без ведома мужа продала ее Фершалову с правом перепродать любому желающему. После вмешательства Ессенкова Розлачева–мать взяла дочь обратно, но в 1808 году вновь отдала ее одной донской жительнице.

курдюмов_великая реформа_1811.jpg
Н.В. Неврев. "Торг. Сцена из крепостного быта. Из недавнего прошлого." 1866 год.

Розлачева оправдывалась тем, что продажа Фершалову была фиктивная, произведенная исключительно в целях воспитания. Но Сенат, получивший дело для вынесения окончательного приговора, не поверил этим объяснениям. "Розлачева вручила свою девицу якобы для устрашения неизвестному мужчине, у коего та была два дня, чего благонамеренная мать не сделает, да и не натурально, чтобы такими предосудительными средствами исправлять детей от распутства".

Приговор был однозначным: "За такие лживые поступки, разрушающие дворянское достоинство, лишить ее, Ксению, дворянства и носимого по мужу звания, сослать в Сибирь на поселение".

Кроме того, Сенат постановил оштрафовать судей, вынесших несправедливые решения: поветового суда – на 100 рублей, главного суда – на 500 рублей. Губернатор Панкратьев к тому моменту был уже мертв, а потому, естественно, наказания ему не последовало.

Марию возвратили из Донской области и отдали отцу – Семену Розлачеву. Касательно последнего, Сенат постановил поручить министру полиции дать заключение о его соответствии занимаемой должности штаб-лекаря киевского повета, "ибо из-за слабости и легкомыслия мужа подсудимой, та смогла привести в действие свои намерения по угнетению дочери".

В ходе следствия были также выявлены подельники Розлачевой: купеческая жена Гудимова, попадья Зенкова, вдова Немеровская, сержантская жена Антонова и коллежский регистратор Голубовский. Гудимова принимала деньги от Фершалова, и передавала тому Марию, предварительно переодев девицу в свое платье; Немеровская возила девушку в Козелецкий монастырь, а потом из дома Розлачевых доставляла ее в дом Гудимовой для последующей продажи; Антонова была торговкой со стороны Фершалова; Зененкова, уже после обнаружения незаконной продажи, ездила к Фершалову и забрала у того Марию; Голубовский же, зять Гудимовой, лжесвидетельствовал в поветовом суде о законности сделки. Сенат постановил произвести над ними суды на местах.

Нам неизвестны решения этих местных судов, но зная многочисленность и связи Гудим-Левковичей, можно предположить, что Гудимова и ее зять Голубовский отделались легким испугом.




Источник:
Продажа киевской дворянкой своей дочери в крепостное состояние // Киевская Старина – V, 1897, с. 63–65 – К.: Типография Корчак-Новицкого.
Tags: крепостничество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments